Статья «Искусница»Юлии Котовой (журнал «Народное творчество» №4, 1994 год):
…Звоню в дверь. Открывают. Мне под ноги выкатывается шумный комок. Дети и собака. Какой там трепет, скорее минутное раздражение: видимо, перепутала адрес и попала в детский сад. Художник, которому я шла, просто не может творить в такой обстановке. Четверо детей — это мать-героиня, при чем тут искусство? При том.
СЕЙЧАС ХУДОЖНИЦА ВЕРА ЕФИМОВА ЗАНИМАЕТСЯ БАТИКАМИ, НО ПРИШЛА ОНА К НИМ НЕ СРАЗУ
За спиной у мастерицы художественно-промышленное училище им. Калинина, Строгановский институт, отделение дизайна. Там в институте, она не только получила образование, но и познакомилась со своим будущим мужем Алексеем Мироновым, тоже художником. Это не просто биографическая справка, как может показаться на первый взгляд, это ключ к пониманию всего творчества Веры.
Нет, конечно же, было бы несправедливым говорить, что без Алексея эта талантливая женщина не состоялась бы как художник, но одно ясно — без него ее творчество было бы иным. После окончания института Вера делает аппликации и коллажи, выполненные из кусочков материи, ее работы с успехом демонстрируются на московских выставках. Как говорит она сама, то время можно назвать «романтическим» периодом в ее жизни и творчестве, это была пора огромного личного чувства, время рождения детей. Каждая аппликация: галантные дамы и кавалеры, прекрасные рыцари, принцессы, мифологические животные — все было объяснением в любви собственному мужу. От отвечал ей работами в масле на холсте. Вы только представьте себе, что вместо писем влюбленные обмениваются полотнами, воспевая в них друг друга и свою любовь. Тогда не было и мыслей о продаже своих произведений — они просто хотели сохранить их для себя.
Потом у Веры стали появляться сложные многоярусные композиции, напоминающие театральные декорации. Выполнены они были также в основном из ткани, мастерицу всегда привлекал этот материал, который как нельзя лучше соответствует именно женской душе, женскому характеру.
УКРАШЕННЫЕ ЗЕРКАЛАМИ РАБОТЫ УВОДИЛИ В ВОЛШЕБНЫЙ МИР ХУДОЖНИЦЫ, УЖЕ ПРЕДНАЗНАЧЕННЫЙ ДЛЯ НЕЕ ОДНОЙ, НАПОМИНАЮЩИЙ О «ЗАЗЕРКАЛЬЕ»
Ведь ей надо было где-то отдохнуть от многочисленных домашних забот.
А потом дети подросли, а, как известно, чем больше дети, тем больше забот. И в какой-то момент Вера вовсе перестала работать. И может быть, так бы и превратилась она в тихую, уютную домохозяйку. Но, как всегда вовремя, вмешался Алексей. Большой, шумный, веселый, заводной он принес заказ на оформление детского сада. И решил заказ этот выполнить в технике батика. Приглядываясь к работе мужа, Вера поняла, что это именно та техника, которая близка ей: соединение столь любимой ткани и возможности графического изображения. И, взяв оставшиеся краски и материалы, она начала работать с горячим батиком.
Если работа в холодном батике близка к акварели (краски просто наносятся на мокрое полотно, потом фиксируются закрепителем), то горячий батик требует кропотливого труда и многоэтапности. Начинается все также как в живописи: ткань натягивается на подрамник, как объясняет мне Вера, чаще всего используется самое простое простынное полотно. Это у «них» «там» продают уже натянутые на рамы ткани для батика, специальные инструменты и химические реактивы, дающие всевозможные цветовые эффекты. «Наш» художник творит самодельными приборами в расчете только на собственную изобретательность, ну и, конечно, талант.
Итак, когда ткань натянута, на нее карандашом легко наносится рисунок по предварительным «почеркушкам» как называет художница их художница. Главное — это сразу выделить для себя, где будет белое пятно, светлое, а где наиболее темное. Все то пространство, где должен быть белый цвет, покрывается расплавленным воском. Вернее, воском просто рисуют, используя для этого где кисти, где хитроумный самодельный приборчик, выдавливающий раскаленный воск через специальную трубочку тоненькой полоской, а где просто собственные пальцы. После этого ткань покрывается светлой краской, которая будет доминировать в картине. Краска может наноситься и на мокрый материал и кистью, и распылителем, и просто брызгами. Далее все это сушится. Вера сушит свои работы на кухне под «Ветерком». А когда работа просохнет, воском покрывается уже нанесенная краска в том месте, где она должна сохранить свой цвет. Потом наносится следующий, более темный слой. Вера рассказывает, что на последнем этапе пишут почти вслепую, так как поверхность холста к этому времени уже закрыта воском, и композицию необходимо держать в памяти, иначе один рисунок может «залезать» на другой. И вот тут-то нужно какое-то наитие, вдохновение, — не только положить краску именно так, чтобы она оказалась на своем месте, но и чтобы произведение ожило, впитало в себя все переживания и надежды художника.
Дальше процесс работы чем-то напоминает детские переводные картинки. Берется газета, кладется на полотно и проглаживается горячим утюгом. После нескольких проглажек и смен газет картина появляется как жемчужина из раковины. Хотя неожиданно, как и любая жемчужина, полотно может оказаться с дефектом. Очень часто подводят краски, сетует Вера, отечественные анилиновые красители для материала, контрабандой продаваемые с фабрик, ведут себя непредсказуемо — могут пожухнуть, а могут оказаться такой яркости, что хоть глаза закрывай.
Иногда использует художница заимствованную из холодного батика технику резерва — смесь резинового клея, парафина, канифоли и скипидара. Резерв наносится рейсфедером и не дает краскам смешиваться, проступая потом на рисунке тоненькими, графическими белыми линиями.
МНЕ ПОКАЗАЛОСЬ, ЧТО РАБОТАТЬ С БАТИКОМ ОЧЕНЬ ИНТЕРЕСНО, ЭТО ЧЕМ-ТО НАПОМИНАЕТ РАБОТУ АЛХИМИКА. ВЕРА СО МНОЙ СОГЛАШАЕТСЯ: ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НАПОМИНАЕТ, ОСОБЕННО КОГДА НАДЫШИШЬСЯ ПАРОВ ОТ ПАРАФИНА
Ну вот, когда технология с Вериной помощью стала понятна неспешно начинаем смотреть ее работы. Почти все произведения Веры Ефимовой серийны. Объяснить почему — она и сама толком не может. Скорее всего обусловлено состоянием души художницы, из которого и рождаются целые циклы работ: величественные российские соборы и церкви, где гармония линий мешается с музыкой куполов; портреты детей, полные нежности и любви (кто лучше матери знает своего ребенка, может запечатлеть его образ); серия натюрмортов — неброских, изысканных, тонких по исполнению.
Особенно хороша библейская серия художницы, хотя подобная тема редко встречается в батике. «Благовещение», «Троица», «Поклонение волхвов», «Богоматерь с младенцем» и многие другие сюжеты из Священного Писания воплощены Верой в ее работах. И во всем этом чувствуется сугубо личный, возможно, сугубо женский отпечаток. Божественные лики и фигуры лишены обычной своей суровости, аскетичности. Особая теплота, даже интимность свойственны этим работам. Тонкие черные рамки подчеркивают изысканность графики, бесполость, бестелесность фигур. Гармонически подобранные цвета, тонкие световые переходы создают настроение особой духовности.
«Я так люблю рисовать, — говорит Вера, — что увлекаюсь безмерно. Иногда просто до смешного доходит: настолько поддаюсь настроению, работе, желанию выполнить задуманную композицию, правильно подобрать краски, что забываю о мелочах и деталях. Так, например, в портрете сына на втором плане забыла нарисовать корове уши»… Надо отдать должное корове, без ушей хуже она не стала, наоборот, появилась в ней какая-то грациозность, фантастичность, удачно оттенившая портрет мальчика.
ТВОРЧЕСТВО ВЕРЫ ЕФИМОВОЙ ОЧЕНЬ СВЕТЛОЕ И ДОБРОЕ, В НЕМ НЕТ ТЕМНЫХ КРАСОК И ТЕМНЫХ СЮЖЕТОВ, И ДАЖЕ ЕСЛИ КОМУ-ТО ИЗ ГЕРОЕВ ЕЕ КАРТИН ВЗГРУСНУЛОСЬ, ТО ВЕРИТСЯ, ЧТО ЭТО НЕНАДОЛГО, ЧТО БЕЗЫСХОДНОСТИ НИКОГДА НЕ БУДЕТ В ЕЕ ИСКУССТВЕ
Наверное, потому любит Вера иллюстрировать старинные волшебные сказки, что в них всегда счастливый конец. Это не значит, что нет у мастерицы своих проблем и бед, просто она не выплескивает их на зрителя, а делится только чистым и радостным. Даже имя у нее светлое, вселяющее надежду, как и ее творчество, согревающее душу.
Оставить комментарий